Жизнеописания великих людей
5
ПРИМЕЧАНИЯ Четвертаковые книжки — книги, стоимостью 25 коп.
Маркиза д'О
5.5
— Если бы какая-нибудь женщина мне сказала, что она испытывает то, что я только что ошутила, взяв в руку чашку чая, я бы подумала про себя, что она в положении. Госпожа Г. ответила, что не понимает ее. Тогда маркиза пояснила, что у нее только что было точно такое же ощущение, какое она испытывала тогда, когда была беременна своей второй дочерью. Госпожа Г. засмеялась и сказала, что, пожалуй, она родит Фантаза. — В таком случае, по крайней мере, Морфей или какой-либо сон из его свиты оказался бы его отцом, — отвечала шутливо маркиза. Но вошедший в эту минуту полковник прервал этот разговор, а так как маркиза через несколько дней оправилась, то и предмет разговора скоро был забыт. Немного времени спустя, как раз когда к ним приехал сын коменданта, лесничий в Г., вся семья была напугана вошедшим в комнату лакеем, который доложил о прибытии графа Ф. «Граф Ф.!» — в один голос воскликнули отец и дочь, и все онемели от удивления. Лакей заверил, что он не обознался и не ослышался и что граф Ф. …
Пост обреченных
5
Дэвисон видел, как милях в пяти от него на низком холмике рвались снаряды и мины. Да, да, он не ошибся. Это был «Пост обреченных», и враг по-прежнему поливал его огнем. Как там сейчас Фрейзер? Трудно себе представить, что он, Дэвисон, был там всего сутки назад. Он оглядел свою чистую форму, парадные бриджи, светло-коричневые краги, начищенные до блеска ботинки и вспомнил, что еще вчера был похож на пугало. А эти маленькие черные вулканчики, все еще извергающиеся вокруг «Поста обреченных», эта изуродованная местность, вся эта война с ее грохотом, зловонием, страданием, усталостью казались ему теперь страшным, неправдоподобным сном. Бум! Еще один тяжелый снаряд со свистом пролетел в сторону Германии. Дэвисон круто повернулся и зашагал дальше. Какой поразительный контраст! Слева от него – лес с буйной сочной листвой. Справа – поля с высокой зеленой пшеницей. Над головой солнце и жаворонки. От тополей и вязов на белеющую дорогу легли густые тени. В пшенице пестреют васильки и маки, а у сырого …
Рассказы
5
— Не знаю. Наверно, потому, что он такой бледный. — Боже мой! Но ведь ему необходимо солнце! Ты не можешь его заставить? — Ты же знаешь Симора, — сказала дочь и снова скрестила ножки. — Он говорит — не хочу, чтобы всякие дураки глазели на мою татуировку. — Но у него же нет никакой татуировки! Или он в армии себе что-нибудь наколото? — Нет, мамочка, нет, миленькая, — сказала дочь и встала. — Знаешь что, давай я тебе позвоню завтра. — Мюриель! Выслушай меня! Только внимательно! — Слушаю, мамочка! — Она переступила с ноги на ногу. — В ту же секунду, как только он скажет или сделает что-нибудь странное, — ну, ты меня понимаешь, немедленно звони! Слышишь? — Мама, но я не боясь Симора! — Мюриель, дай мне слово! — Хорошо. Даю. До свидания, мамочка! Поцелуй папу. — И она повесила трубку. * * * — Сими Гласс, Семиглаз, — сказала Сибилла Карпентер, жившая в гостинице со своей мамой. — Где Семиглаз? — Кисонька, перестань, ты маму замучила. Стой смирно, слышишь? Миссис Карпентер растирала маслом от …
Мать
5
Ветер на улице бушевал еще яростнее — дьявол крутился вокруг пристройки, церкви, носился по всему христианскому миру. — Господи! Господи! — простонала мать. И собственный голос показался ей голосом какой-то другой женщины. Тогда она посмотрела на свою тень на стене лестницы и кивнула. Да, ей казалось, что она не одна. И она заговорила, как будто в самом деле кто-то другой слушал ее и отвечал ей. — Что сделать, чтобы спасти его? — Подождать здесь и, когда вернется, поговорить с ним прямо и решительно, сразу, пока не поздно, Мария-Маддалена. — Он рассердится. Он все будет отрицать. Лучше пойти к епископу и попросить его отослать сына из этого гибельного места. Епископ — божий человек и знает жизнь. Я упаду ему в ноги. Мне кажется, я вижу его — он в белой сутане, в своей красной гостиной, со сверкающим золотым крестом на груди, пальцы сложены для благословения. Кажется, это сам Иисус Христос. Я скажу ему: Монсиньор, вы же знаете, что приход Аар не только самый бедный в королевстве, но он еще …
Зеленая записная книжка
5
Все в новом одеянии направилась по крутому спуску к берегу моря. По пути Марсель Лоближуа купил газету «Франс суар», которую позабыл приобрести вчера и иллюстрированные журналы для дам. Внезапно, в конце улицы появилось синее море, огромное и блестящее. Приблизившись, они увидели кучу разноцветных лоскутков, нагромождение человеческих тел, повторявших линию бухты. Отдыхающие потели плечом к плечу. Надо было взять в аренду два квадратных метра песка, 4 матраса и зонтик. Пока молодежь, в том числе и Симона, бросалась в соленые воды Средиземного моря, Марсель Лоближуа сидя в тени, лихорадочно перелистывал газеты. Во «Франс суар» он нашел то объявление, но на сей раз, Жан де Биз предлагал 13.000франков, а не 10.000 тому, кто вернет его добро. К основному тексту добавилось: «Конфиденциальность гарантирована». Сначала возмутившись, Марсель Лоближуа вдруг потерял свою уверенность. Ему казалось маловероятным, что Жан де Биз настаивал на своем ради потехи. Его интересует записная книжка, а не деньги! …
Победитель не получает ничего (другой перевод)
5
Теперь-то рыб сколько угодно; морские окуни, и самые крупные. Пароход теперь почти весь ушел в песок, но они живут внутри него; самые крупные окуни. Некоторые весят по триста — четыреста фунтов. Как-нибудь надо будет выехать половить их. С того места, где он затонул, виден маяк Ребекка. Теперь там поставили буй. Пароход лежит в самом конце зыбучих песков, у самого входа в залив. Еще каких-нибудь сто ярдов — и он бы проскочил. В темноте, в шторм, он только чуть-чуть отклонился от курса, а маяка не было видно, очень уж сильный лил дождь. Да и не привыкли они к таким передрягам. Капитаны пассажирских пароходов не привыкли удирать от ураганов. Они знают свой курс, и я слыхал, у них там есть какой-то компас, который сам управляет пароходом. Вряд ли капитан знал, где находится, когда их гнал шторм, но пароход вполне мог бы проскочить. Возможно, впрочем, что он потерял руль. Во всяком случае, попади он только в залив, дальше до самой Мексики им не на что было бы натыкаться. Да, весело было, наверно, …
Мечты
5
Повъ изъ покрытой яркою пунцовою эмалью мисочки, кончаетъ свою жизнь любимая кошка. Подымаются плачъ крикъ, стонъ и скрежетъ зубовъ Еще хуже, разумется, состоитъ дло, когда вся семья заболваетъ судорогами въ желудк отъ употребленія эмальированной посуды, ложекъ, вилокъ и прочихъ столовыхъ предметовъ. Въ то же время вс начиная съ главы семьи и кончая кухаркою, жалуются на невыносимыя головныя боли. Кром того прислуга, а также дворникъ, трубочистъ, мальчики изъ лавокъ и тому подобный людъ нарочно стараются тереться объ эмалевыя стны, чтобы запачкать свою одежду и требовать съ хозяевъ вознагражденія за эту «порчу», которая, въ сущности, не такъ ужъ страшна: стоитъ только потереть приставшія отъ липкой эмали пятна, и они исчезнутъ. Но хуже всхъ чувствуетъ себя мужъ старшей дочери семьи. Ему вообще не везетъ. Онъ человкъ очень старательный, скромный и безкорыстный. Единственное его желаніе состоитъ въ томъ, чтобы его полюбила новая семья, членомъ которой онъ сталъ. Но сестры и братья его молодой …
Портрет джентльмена
4.67
«Джентльмен всегда готов охотно уплатить честную цену за развлечения и отдых». «...то свойство мышления, что постоянно толкает нас недооценивать силу ума других людей, хотя мы неизменно переоцениваем их удачу». «Ущерб, нанесенный вашему капиталу проигрышем, не компенсируется пополнением вашего капитала в результате выигрыша такой же суммы». «Игроки, когда им не везет, обычно хватаются за принцип, будто плохая игра вкупе с невезением ведут к выигрышу. Легкая степень опьянения способствует отточенности этого интеллектуального заключения». «Юкер – игра, достойная лишь презрения». «Карты низшего достоинства, как и низшие классы, бывают полезны лишь в комбинациях или в большом избытке; ни при каких других обстоятельствах полагаться на них нельзя». «Держать четырех тузов столь же неподвижно, как пару, крайне трудно, тем не менее стол выдержит их тяжесть с тем же равнодушием, что и пары двоек». О везении и невезении: «Испытывать из-за них эмоции недостойно мужчины, и еще более недостойно выражать …
Пресса
5
Всем, кто соприкасался с Прессой, с пишущим братством, включавшим и сестер, бесспорно известно, что оно в высшей степени заинтересовано - его в конечном счете, разумеется, интересует хлеб насущный, и с кусочком масла, заинтересовано скрывать подступы к Оракулу, не выносить сор из Храма. Они, все без исключения, кормились за счет величия, святости Оракула, а потому приезды и отъезды, деятельность и бездеятельность, расчеты и отчеты сэра А. Б. В. Бидел-Маффета, кавалера ордена Бани, члена парламента, входили некой частью в это величие. При внешней многоликости Пpecca - этa взятая во всех ее ипостасях слава века - была, по сути, единым целым, и любое откровение в том смысле, что ей подсовывают или можно подсунуть для публикации факт, который на деле оказывается "уткой", закономерно подорвало бы доверие ко всей стрyктype - от ее периферии, где подобное откровение появилось бы скорее всего, до самого центра. И уж настолько-то наши суровые неофиты, как и тысячи других, были в этом осведомлены, …
Хватит места для обоих
5
Маркиз де Сад Хватит места для обоих Одна прехорошенькая двадцатидвухлетняя лавочница с улицы Сент-Оноре, пухленькая, упитанная, цветущая и необыкновенно аппетитная, была не лишена бойкости, смекалки и живейшего пристрастия к запретным – согласно суровым законам супружества – удовольствиям. Вот уже год, как она подыскала двоих помощников своему старому некрасивому мужу. Тот не только был ей противен, но к тому же редко и плохо исполнял супружеские обязанности. Отнесись он к исполнению своего долга с большим усердием, может быть, и ему удалось бы умерить требовательную госпожу Дольмен (так звали нашу очаровательную лавочницу). Свидания обоим любовникам назначались в соответствии с тщательно продуманным расписанием: юному офицеру Деру обычно отводилось время с четырех до пяти часов вечера. С половины шестого до семи прибывал необыкновенно симпатичный молодой негоциант Дольбрёз. Предложить другие мгновения для встреч не представлялось возможным. Только в эти часы госпожа Дольмен могла свободно …
Беда
5
Теперь он понял, что его обвинили и взяли под стражу, но он не испугался и не удивился; в животе происходил такой беспорядок, что ему было совсем не до стражи. – Значит, нас теперь не пустят в номер? – спросил он у одного из своих товарищей. – А у меня в номере три рубля денег и непочатая четвертка чаю. Ночевал он в частном доме, всю ночь чувствовал отвращение к рыбе и думал о трех рублях и четвертке чаю. Рано утром, когда небо стало синеть, ему приказали одеться и идти. Два солдата со штыками повели его в тюрьму. Никогда в другое время городские улицы не казались ему так длинны и бесконечны. Шел он не по тротуару, а среди улицы по тающему, грязному снегу. Внутренности всё еще воевали с рыбой, левая нога немела; калоши он забыл не то в суде, не то в частном доме, и ноги его зябли… Через пять дней всех обвиняемых опять повели в суд для выслушания приговора. Авдеев узнал, что его приговорили к ссылке на житье в Тобольскую губернию. И это не испугало его и не удивило. Ему почему-то казалось, …
Призвание
5
Глава III Набожность Ганса еще увеличилась, когда он был зачислен в группу мальчиков из церковного хора. Ему казалось, что он принимал участие в церемониях религиозного культа, что он играл роль в великой драме таинства. С каким трепетом в сердце он стоял позади священника, поднимавшего ризу во время освящения, считая за честь для себя быть так близко от Бога, Которого, как ему казалось теперь, он любил когда-то в разлуке. Лицом к лицу с великим солнцем св. Таинства, он опускал глаза, ослепленный золотом, ярким сияньем, бриллиантовым голубем, трепещущим наверху, в особенности ослепленный облаткой, прозрачным пресным хлебом, где свет от близких свечей, казалось, заставлял временно истекать кровью раны Христа. Ганс произносил ответы скромным голосом, своим тихим, серебристым голоском, звучавшим точно эхо, рядом с глубоким басом священнослужителя, как мелкий ручеек, протекавший рядом с рекой другого голоса, и смешивавшийся с нею, как слабый приток… Ганс был счастлив. Его мать увидела это, …
Родник
5
Я не знал, что говорить, в горле стоял ком... - Рапорт подадите к 12:00. - Александр Васильевич...А что, если я передумал переходить в другое подразделение? Липаткин обернулся и, переходя на "ты", пожал плечами: - Хм!...А кто тебя отпускает? Ишь, чего захотел! То, что у тебя мозги порой "набекрень" - это по молодости, пройдет. Главное для меня, что ты - профессионал. Стреляешь, машину водишь и людьми командуешь на "отлично". И в душе ты - боец. Ты настоящий боевой офицер, Артем. Такие, как ты в армии - на вес золота. Я знаю, что непременно быть тебе генералом. Говорю тебе это сейчас, в первый и в последний раз, когда никто нас не слышит. Чтобы ты звезду, часом, не поймал... - Так зачем тогда рапорт подавать?!.. Липаткин поднялся с земли, отряхнулся и начал молча одеваться. И уже, застегивая на поясе портупею, произнес: - Рапорт напишешь... Домой съездишь на пять суток по семейным обстоятельствам... Я вчера вечером через оперативного дежурного нашел твою Елену Прекрасную... Половину Севастополя …
Сестры Вейн
5
4 Цинтии казалось, что покойная сестра на нее сердита, — ибо уже обнаружила, что мы с Цинтией составили заговор с целью разрушить ее роман; и потому, желая обезоружить ее тень, Цинтия прибегнула к жертвенным приношениям довольно примитивного свойства (куда, впрочем, примешалось нечто от юмора, свойственного Сибил) и принялась через нарочито неправильные промежутки времени посылать на служебный адрес Д. разные пустяки — сделанные при плохом освещении снимки могилы Сибил, отрезанные пряди своих волос, неотличимых от сестриных, разрезную карту Новой Англии с чернильным крестиком на полпути между двумя целомудренными городками, отмечающим место, где Д. и Сибил остановились двадцать третьего октября, средь бела дня, в снисходительном мотеле под сенью краснобурого леса; и дважды — чучела скунсов. Говорунья скорей многословная, чем обстоятельная, она никак не могла описать во всей полноте теорию вмешательства аур, неведомо как ею разработанную. Ничего особенно нового в основаниях ее личных верований …
Гранька и его сын
6.25
I Щучий жор достиг своего зенита, когда Гранька, работая кормовым веслом, обогнул излучину озера, время от времени вытаскивая на прыгающей, как струна, лесе хищных, зубастых и мудрых щук, погнавшихся за иллюзией, то есть оловянной блесной. Гранька глушил рыбу деревянной черпалкой, бросал на дно лодки, где в мутной луже, черневшая серебром, змеилась гора щук, больших и маленьких; осматривал бечевку с блесной и гнал лодку дальше, пока леса, резнув руку, не телеграфировала из-под воды, что новая добыча проглотила крючок. Внешность мужика Граньки не заключала в себе ничего мальчишеского, как можно было бы думать по уменьшительному его имени. Волосатый, с голой, коричневой от загара и грязи грудью, босой, без шапки, одетый в пестрядинную рубаху и такие же коротенькие штаны, он сильно напоминал заматерелого в ремесле нищего. Мутные, больные от блеска воды и снега глаза его приобрели к старости выражение подозрительной нелюдимости. Гранька бежал к озерам тридцати лет, после пожара, от которого …
Путешествие на Запад. ТОМ II
6.6
Услышав это, Сунь У-кун нахмурил брови, и на лбу его появились тысячи морщин. – Возможно, оно есть в другом месте, – сказал, заметив это, дух звезды Счастья. – Зачем же сразу расстраиваться? – Я могу, конечно, поискать, – сказал Сунь У-кун. – Мне ничего не стоит обшарить все моря и уголки вселенной и побывать на всех тридцати шести небесах. Но Танский монах весьма строг в своих правилах и не очень великодушен. Он отпустил меня всего на три дня. Если же я не возвращусь в назначенный срок, он будет читать заклинание о сжатии обруча. – Это замечательно! – воскликнули смеясь старцы. – Если не обуздать тебя, ты можешь пробуравить все небо. – Успокойтесь, Великий Мудрец, и не сердитесь, – сказал тут дух звезды Долголетия. – Этот святой, хоть и относится к высшим божествам, однако водит знакомство и с нами. Мы давно не виделись с ним, и сейчас отправимся к нему в монастырь. Ну, а там замолвим за вас словечко и попросим вашего учителя не читать псалма. Так что не беспокойтесь о том, сколько дней …
Очерки кавалерийской жизни
5
В ночь перед выступлением солдат просыпается очень рано. Еще небо темно и играет яркими звездами или подернуто мглистым, холодным сумраком; еще вторые петухи только что начинают голосисто перекликаться между собою с разных концов погруженной в глубокий сон деревни, а уже солдатик, зевая и бормоча про себя: «Ох тих-тих-ти-их... Господи Иисусе Христе!» – протирает кулаком глаза, натягивает сапожища, набрасывает на плечи шинель и по хрусткой, заморозковой почве пробирается через двор к конюшне, где, мерно хрустя зубами и изредка пофыркивая, стоит его конь в ожидании утренней уборки. В ночь перед выступлением солдату обыкновенно плохо спится: все кажется, даже и во сне, что не успеешь убраться, что проспишь тот час, когда, идучи вдоль сонной деревни, эскадронный трубач на старой, дребезжащей трубе зычно и отчасти фальшиво протрубит в ночной тишине знакомые звуки генерал-марша: Всадники-други, в поход собирайтесь! Радостный звук нас ко славе зовет: С бодрым духом храбро сражайтесь! – За царя, …
arrow_back_ios